softhelp.ru! | СПОРТ

Теория о вреде жиров


Теория о вреде жиров

постепенно становилась общепринятой. Профессор Юдкин был обезврежен. Но как же быть с теорией Клива, свидетельствующей о распространении новых заболеваний среди примитивных народов? Ведь говорили, что открытие Клива могло изменить мир, его потенциал сравнивали с изобретением антибиотиков. От его теории также пришлось отказаться.

По сути все было просто. Если жиры вредны, то углеводы быть вредными не могут. Потому что ничем кроме углеводов жиры не заменишь.

Врач-хирург Денис Бёркитт за свою карьеру прославился дважды. Во-первых, в 1950-е, во время работы в Африке, он описал специфическую злокачественную опухоль, вызываемую вирусом. Заболевание назвали в его честь лимфомой Бёркитта. Это открытие принесло ему известность, и люди стали к нему прислушиваться.

По возвращении в Англию его представили Кливу, и Бёркитт нашел его теорию блестящей и чрезвычайно важной. Бёркитт написал предисловие к книге Клива «Сахарная болезнь», о котором мы упоминали раньше. Однако вторым «достижением» Бёркитта было искажение и саботаж теории Клива.

Бёркитт знал, что Клив прав. Посещая больницы в США, он видел множество афроамериканцев, страдающих диабетом и сердечно-сосудистыми заболеваниями. В Африке, где прежде работал Бёркитт, такого не наблюдалось. Болезни были, очевидно, связаны с потреблением сахара и муки. Но как понять — содержится ли в новой пище что-то вредное, или в ней не хватает чего-то полезного?

Денис Бёркитт, как и многие его современники, был одержим проблемой запоров. Легкоусвояемая западная пища — такая, как сладкое и мучное, — бедна клетчаткой. Чем меньше клетчатки, тем хуже стул, работа кишечника соответственно замедляется. В этом-то Бёркитт и видел причину современных заболеваний.

Он ставил эксперименты на своих близких, чтобы узнать, сколько времени проходит с момента приема пищи до опорожнения кишечни ка. После чего продолжил свое исследование на 1200 добровольцах в разных частях света.

Бёркитт отмечал время прохождения пищи по пищеварительному тракту и консистенцию стула. В Уганде рекорд составил 980 граммов кала в день. В Англии результаты были совсем скромными, и запоры являлись общераспространенной проблемой.

Бёркитт перевернул теорию Клива с ног на голову. Проблема, по его мнению, заключалась не в рафинированных углеводах, а в недостатке клетчатки, того, чего не хватает в современной пище. Все достоинства теории были на лицо. Теперь она могла сосуществовать бок о бок с теорией Киза и приобрела популярность. Богатая клетчаткой нежирная пища стала синонимом полезной еды. Узнаете?

Но что было не так с новой теорией-перевертышем? А то, что она просто-напросто ошибочна. Недостаток клетчатки не объясняет появление новых западных болезней. Те народы, которые получали минимум клетчатки и углеводов (эскимосы, масаи, саамы), оставались здоровыми и без клетчатки до тех пор, пока в их рационе не появлялись сахар и мука. Этого теория клетчатки объяснить не могла.

Уже после Бёркитта проводились крупные научные исследования по изучению профилактических свойств дополнительных доз клетчатки, но всякий раз они оканчивались ничем. Единственно, на что клетчатка действовала безусловно положительно, так это на запоры. А в остальном у людей с повышенной чувствительностью она вызывает только газы и колики. Клетчатка тормозит всасывание углеводов, что хорошо. Но без сахара и крахмала дополнительная клетчатка вам скорее всего и не нужна.

Клив и Юдкин были очень близки к истине. Но к концу 1970-х годов о них почти забыли. Их исследованиям предстояло пылиться на полках еще много десятилетий. Зато мы наблюдаем последствия того, от чего они нас пытались предостеречь.

Дело решают политики

Научно доказать теорию о потенциальном вреде жиров было непросто. Но она постепенно приобретала популярность. Не забывайте еще, что дело было в 1970-е. Считалось, что потребляя мясо и яйца, мы истощаем ресурсы Земли, к тому же вегетарианская, бедная жирами пища решала проблемы голода в Африке.

И хотя наука не давала однозначного ответа, хотя доказательства были несостоятельны, а мнения противоречивы, победитель вскоре был выбран — довольно неожиданным образом.

«Жюри» заседало в одном политическом комитете в США под руководством сенатора Джорджа Макговерна. Только что участники обсудили проблему голода и недоедания и уже собирались расходиться, однако заодно решили поговорить о переедании.

В течение двух дней участники слушали доклады экспертов, а в июле 1976 года были составлены первые рекомендации по здоровому питанию в США. Вопрос о жирах доверили специалисту, который был убежден в их вреде и советовал сократить их потребление.

В январе 1977-го отчет вышел в свет и сразу вызвал горячие споры. Рекомендации были очень противоречивы. Макговерн снова собрал комитет и выслушал еще несколько докладов экспертов. Многие отмечали, что советы об исключении жиров из рациона не обоснованы, польза этого метода не доказана, побочные эффекты не изучены. Кто-то, напротив, поддерживал исходное предложение.

Позже была опубликована обновленная версия официальных рекомендаций. Формулировки звучали мягче, однако общий тон почти не изменился — нежирная пища признавалась полезной. Споры продолжались еще многие годы, но постепенно официальные рекомендации получали все более широкое признание.

Ученые тогда еще не пришли к единому мнению относительно пользы такой пищи. Но этому скоро суждено было измениться.